«До переезда в Махачкалу были сомнения. Представлял, что в Дагестане другой мир». Интервью Даниила Лесового

Полузащитник махачкалинского «Динамо» Даниил Лесовой — об адаптации в Дагестане, эмоциональности Вадима Евсеева, высоких ценах в Израиле и любви к Кипру.

Даниил Лесовой высоко котировался в московском «Динамо» во время первого приезда Сандро Шварца в Россию. Так было вплоть до тяжелой травмы в 2021 году, из-за чего хавбеку пришлось искать другие варианты развития карьеры. Спустя некоторое время он проявил себя как человек, который не боится пробовать новое. И не прогадал — сначала выбрал далеко не самый очевидный вариант, переехав в израильский чемпионат, а затем перебрался на Кипр, где пересобрал себя.

Потом футболист всё же вернулся в Россию, приняв предложение «Нижнего Новгорода». Однако прошлый сезон сложно назвать хорошим в принципе для всей нижегородской команды, которая вылетела из РПЛ. В итоге Даниил минувшим летом на правах аренды перешел в махачкалинское «Динамо». Корреспондент «Матч ТВ» Артем Андриянов связался с Лесовым, чтобы поговорить о начале дагестанского периода его карьеры, о его футбольном пути и жизни в целом.

Главное в интервью:

• В чем секрет успешного старта «Динамо» Мх, и как Евсеев реагирует, если кто-то из футболистов недорабатывает на тренировках;
• Почему выбрал Махачкалу и в чем особенности жизни в Дагестане;
• Кого Лесовой считает лучшим тренером в карьере и за что благодарен Марцелу Личке;
• О бешеных ценах в Израиле и желании поселиться на Кипре по окончании карьеры;
• Что важно для Даниила при выборе клуба и каким он видит продолжение своего футбольного пути.

«Прыжки Евсеева на стол — хорошая победная традиция. Будем стараться, чтобы этого было больше»

— У команды получился старт сезона, которого от нее вряд ли ждали. Как бы сами оценили его?

— Когда я только пришел в «Динамо», сразу же по первым впечатлениям сказал, что ни одной команде не будет с нами легко. Так и получается. Не думаю, что у кого-то повернется язык сказать, что кто-то нас явно переиграл. Стартом сезона, конечно, все довольны, но не нужно обольщаться. После паузы на сборные предстоят важные матчи. И после первых двух-трех игр, думаю, уже будет видно, что куда качнется, останемся ли мы примерно там же или будет чуть сложнее.

— У вас сейчас практически ежедневно по две тренировки. Получается, Евсеев не дает расслабиться в любом случае?

— Ну да. Куда расслабляться? Хоть все и говорят, что старт сезона очень хороший и неожиданный, но в последних матчах мы всё равно проиграли, пусть где-то и не по делу. Поэтому хочется после этой микропаузы сразу стартовать с побед.

— Какая в целом атмосфера в команде? Появилось осознание, что в этом сезоне точно можете с каждым бороться и обыгрывать?

— Такое чувство действительно есть. Вся команда почувствовала уверенность. Даже после некоторых проигранных встреч с ребятами обсуждали это. С тем же «Рубином» была ничья 1:1 до 85-й минуты. Это неплохой результат, но мы всё равно бежали забивать и выигрывать. Может, за это и поплатились. Возможно, нужно было хладнокровнее играть. Но так как у команды сейчас большая уверенность в себе, хочется побеждать в каждой игре и не отступать от этого желания.

— Получается, у команды появились новые амбиции? Все-таки до этого «Динамо» в основном боролось за сохранение прописки.

— Повторюсь, первые две-три игры после паузы дадут больше пищи для размышлений. Станет понятнее, где наше место на данный момент. Сейчас высокая плотность в турнирной таблице. Сразу восемь команды в диапазоне четырех очков друг от друга. После одной победы можно еще выше улететь, а проиграв, сразу вниз провалиться.

— Многие отмечают заслугу Евсеева в удачном старте команды. Каково вам работать под его руководством?

— Мне — очень комфортно, требования максимально понятны. С первого дня у нас сложились хорошие отношения. Чувствую, что он мне доверяет. Меня это окрыляет и мне это очень важно.

— Когда вы только перешли в клуб, то сразу отметили требовательность тренера. В чем это проявляется?

— Какого-то конкретного примера не могу привести, но он всегда держит ребят в тонусе. В то же время не закрепощает их.

— Может накричать, если видит, что кто-то до конца не отрабатывает на тренировке? Как он реагирует на такое?

— Как мне кажется, он больше реагирует поступками, чем словами. Если кто-то где-то недобегает или недорабатывает, человек будет заменен в перерыве, условно говоря. И впоследствии останется на скамейке. Так тренер и показывает свое недовольство.

— То есть он гораздо спокойнее внутри команды, чем журналистам может показаться на первый взгляд?

— Я бы сказал, скорее да, чем нет.

— В то же время у многих есть впечатление о Евсееве как о тренере, который вполне может и крепко выразиться…

— Вадим Валентинович эмоциональный тренер, но с нами он все-таки больше подбирает слова. Хотя после поражений в последних матчах, а также от «Краснодара» и «Рубина» он был очень недоволен. Много было эмоций в раздевалке. Но его тоже можно понять: команда играла наравне с «Краснодаром» или с «Ахматом». И когда эти игры просто уходят из рук за последние пять минут, условно говоря… Причем голы получились именно те, о которых он предупреждал — говорил, что из этих зон могут забить или делать акцент на них.

— Воспринимает ли команда всё, что говорит Евсеев?

— 100%. Слышит, понимает и воспринимает.

— Как Евсеев еще стол не сломал в раздевалке, который страдает после побед?

— Это хорошая победная традиция. Когда мы с другими новыми ребятами только приходили в команду, то поначалу удивлялись этому (смеется). Тренер находится в хорошей форме. Будем стараться, чтобы было больше поводов, и чтобы Вадим Валентинович еще запрыгивал на стол.

— Удивит ли вас, если в ближайшее время Евсеев возглавит топ-клуб?

— Да нет, чему удивляться? Сейчас многим российским специалистам стали доверять. Вадим Валентинович тоже в меру молодой. Например, Игдисамову в ЦСКА дали шанс, и пока у них всё хорошо получается, идут без поражений. Поэтому я вообще не удивлюсь, если со временем Вадим Валентинович возглавит команду другого уровня.

«Было три предложения из-за границы, но конкретика исходила только от «Динамо»

— Полностью ли лично вы уже адаптировались в Махачкале?

— Да. Это немного времени заняло, хотя в команде было не так много знакомых. Могу сказать, что сейчас абсолютно комфортно себя чувствую. Я играю практически каждую игру. Для меня это самое главное.

Бывали периоды в карьере, когда в прошлых командах мне не удавалось быть игроком стартового состава. Очень переживал по этому поводу. Опять же здесь, в «Динамо», тоже никто места не гарантирует. Снизишь требования к себе — сразу все заметят, и можно потерять это место. Однако я за него держусь, цепляюсь и буду продолжать.

— В Дагестане в плане жизни тоже всё нравится?

— Как семейный человек я всегда думаю о том, чтобы в первую очередь нравилось семье — жене, ребенку. И понятно, что до переезда были какие-то сомнения — стоит ли сюда перебираться. Кто-то скажет, что регион специфический, со своими особенностями. Но семье всё нравится. И море рядом — это вообще отлично.

— Сразу решили вместе с семьей переезжать?

— Да, даже не обсуждалось. Хорошая погода, вкусная еда, для ребенка много мест для прогулок — всем всё нравится.

— В общем, всё проще оказалось?

— Да, 100%. Я ничего против Дагестана не имел, но представлял, что это будет абсолютно иной мир, что будет сложно жене. Оказалось с точностью до наоборот, чувствуем себя очень комфортно.

— Что можете сказать о местных людях?

— Все очень отзывчивые, доброжелательные, гостеприимные. Только массу комплиментов могу сказать всем.

— Успели главные красоты региона посмотреть? До Сулакского каньона доехать или до Дербента.

— До Дербента далековато: с ребенком ехать три часа, — мягко говоря, не самое большое удовольствие. Но на Сулакский каньон мы ездили и с семьей, и через пару недель еще и с командой. Было как раз командное мероприятие. Сулакский каньон — очень красивое место. Я даже сказал бы, что он входит в топ-3 красивых мест, в которых был за всю жизнь. Остался под большим впечатлением.

— Некоторые футболисты не сразу привыкали к тому, что в Дагестане не стоит короткие шорты носить. Как у вас с этим было?

— Я иногда вижу, что люди по городу ходят в шортах, и им особо никто ничего не говорит. Но мы с женой решили, что будем соблюдать все местные правила, традиции. Чтобы показать свое уважение. Поэтому я лично в шортах не хожу. Единственное, допускается носить шорты ниже колена. Однако я для себя решил, что здесь не хочу ходить в шортах, если это будет вызывать какой-то дискомфорт у местных жителей. Плюс жена также соблюдает местный дресс-код.

— Было ли еще что-то особенное, к чему пришлось привыкнуть в быту?

— Речь не совсем о трудностях в быту. Но были сложности с поиском квартиры. Как-то не удалось быстро найти подходящее жилье, поэтому я какое-то время жил на базе. Это был дискомфорт. Не потому что с базой что-то не так, а скучал по семье. Но сейчас мы все вместе — и это для меня важно. Потому что семья для меня — главная поддержка. Когда их видишь и в быту, и на стадионе, это всегда окрыляет.

— Можете ли рассказать, как вообще переходили в махачкалинское «Динамо»? Были ли еще предложения?

— У меня было три предложения помимо Махачкалы. И они все были из-за границы. Из РПЛ конкретика была только от «Динамо». Естественно, был вариант и остаться в «Нижнем», но я считаю себя игроком Премьер-лиги, не хотел опускаться в Первую лигу. Тем более в Первой лиге много синтетических полей, что тоже было немаловажным фактором — не хотел бы на них много играть.

Заграничные варианты рассматривали. Но если бы это был полноценный трансфер на два-три года, тогда можно было бы поехать… А так, дергаться куда-то на один год, как мы решили, было бы неправильно. Плюс, я видел очень сильную заинтересованность от тренера и от Шамиля Камиловича (Газизова), что тоже подкупало. Поэтому и остановились на этом варианте.

— Однако сейчас у вас аренда без права выкупа. В связи с этим сидит ли в голове мысль о возвращении в «Нижний Новгород»? Общаетесь ли с футболистами из прежнего клуба?

— Конечно, нахожусь на связи с ребятами из «Нижнего», слежу за ними. Они молодцы, очень хорошо в этом сезоне выступают. Что же касается возвращения, то только время покажет. Может, и здесь как-то получится остаться, а может, и туда вернусь все-таки. Футбольная судьба такая… Загадывать еще рано, всё может за месяц поменяться. Поэтому сейчас я просто стараюсь ценить то время, что у меня есть. Наслаждаться игрой на поле. Всё зависит от меня. А там посмотрим, будет ли желание у кого-то из клубов меня забрать, или «Нижний» скажет, что я им нужен в РПЛ. В общем, хотел бы оказаться в команде, которая будет во мне наиболее заинтересована. Пока не могу сказать конкретно, в какой, но хочется быть нужным клубу, в котором я окажусь в следующем году.

«Уровень футболистов в «Зените» был просто космическим. Голова кругом шла»

— У вас за карьеру было достаточно много клубов — разного уровня и из разных стран. Сами свой футбольный путь считаете необычным в какой-то степени?

— Наверное, если убрать два моих отъезда за границу, то ничего экстраординарного не было. Просто мало кто из российских игроков уезжает за границу. Если не брать топ-клубы, куда перешли Батраков и Сафонов. В чемпионаты среднего уровня мало кто решается уехать. Поэтому, возможно, в этом моменте у меня прослеживается немного странная футбольная биография (смеется).

— Вы бы рекомендовали другим российским футболистам уезжать в чемпионаты средней руки?

— Я бы рекомендовал попробовать. Потому что это всё равно какой-то опыт. Поиграть в другой стране, познакомиться с культурой, с другим футболом. Мне сейчас 28 лет, но уверен, что я хотел бы еще попробовать себя где-то за границей. Понятно, что это не будут чемпионаты Англии, Италии, Франции. Это очевидно. Но условно в хорошей команде Кипра или Греции я бы очень хотел еще попробовать себя. Либо в каком-то другом чемпионате.

— Как думаете, вот это желание пробовать новое, открывать для себя другие культуры у вас из детства идет? Все-таки вы успели пожить в Праге и Киеве, потом вернулись в Россию, где жили в разных городах, а потом получили опыт в Израиле и на Кипре.

— Хороший вопрос. Честно говоря, даже не задумывался. Мне просто нравится знакомиться с другими странами, с другими чемпионатами. Например, в Израиле я был удивлен уровнем футбола. Думал, что там на одной ноге можно играть. Оказалось, что это очень конкурентоспособный и сложный чемпионат. Я был не особо подготовлен к этому. Поэтому на Кипр уже впоследствии ехал во всеоружии — готовился, что всё не будет так просто, как кажется. Оба чемпионата довольно неплохого уровня. Команды из верхней половины турнирной таблицы спокойно бы играли в РПЛ.

— Помните ли вы вообще свою жизнь в Праге в детстве?

— Не могу сказать, что она сильно вспоминается. Помню, как выглядел дом, где мы жили, — и всё. А какой был досуг у меня — особо нет. Всё же мы переехали в Киев, когда мне было пять лет. С этого момента уже больше помню свою жизнь.

— Футбол появился в вашей жизни уже в Киеве?

— Да. Пошел в академию киевского «Динамо» в шесть лет, провел там много лет, выпустился. А потом уже началась другая глава.

— Как вообще вас отдали в футбол?

— Я ходил в подготовительную школу, и там была футбольная секция, друзья туда позвали. А у мамы был товарищ, который любил футбол. Он и сказал маме про меня: «Если нравится футбол, то чего он в какую-то непонятную школу ходит? Попробуйте его отвезти на просмотр в «Динамо» Киев». После этой подсказки мы туда сходили, и меня взяли с первого же набора, пробыл в академии вплоть до выпуска.

— В Киеве же вообще хорошо получалось? Все-таки признавались и лучшим игроком среди украинских сверстников.

— Да, много раз признавался.

— В 17 лет вы порвали крестообразные связки колена. Из-за этого не получилось заиграть в киевском «Динамо» на взрослом уровне?

— Да не то что это повлияло. Когда я порвал «кресты», там заканчивался контракт, в принципе, оставалось около полугода. И зная, что у меня есть русский паспорт, агент посоветовал попробовать свои силы в России. Все-таки чемпионат более конкурентоспособный, и там с наличием гражданства больше перспектив. Поэтому и поехал.

— Как «Зенит» не смутило, что у вас была такая тяжелая травма?

— Я сперва приехал на просмотр. Наверное, около двух-трех недель просматривали меня, а может, и месяц даже. Достаточно долго. И только после этого в клубе приняли решение подписать меня. Конечно, вряд ли без просмотра после такой травмы в 17-18 лет меня бы кто-то взял. Я тоже сам думал после «крестов»: «Ну куда мне «Зенит»? Куда я там вообще еду после травмы особо неподготовленный». Но как-то всё получилось, проявил себя.

— Что вообще было в голове в тот момент, когда получили эту травму? Некоторые на вашем месте могли бы подумать, что с футболом всё закончено.

— К счастью, в 17 лет я еще вообще понимания не имел, что из себя представляет травма крестообразных связок. Когда мне сказали врачи об этом, моя реакция была в духе «Ну, хорошо, и что дальше?» И потом уже, когда мне рассказали, что потребуется операция и длительная реабилитация, я осознал весь масштаб произошедшего. Но современная медицина уже так шагнула вперед, что почти нет таких травм, после которых не ставят на ноги. Поэтому понимал, что просто нужно время. А сомнений и мыслей о завершении карьеры не было.

— Вы говорили, что период в «Зените» — это космос. Почему, если так и не заиграли там?

— Представьте: я после травмы крестообразных связок приезжаю на просмотр в молодежку «Зенита», а через полгода уже еду на сборы с основой. Это и имел в виду под космосом. Очень всё быстро развернулось. И, конечно, уровень футболистов в «Зените» был космическим.

— Прямо сразу поражал уровень?

— Нельзя даже сравнивать молодежку «Зенита» и первую команду. Тем более там были такие футболисты, как Данни, Иванович, Жирков, Кокорин, Дзюба в прайме. Голова просто кругом шла! Да, может, выглядел я неплохо на этих сборах. Но в то же время осознавал, что никто не будет доверять место в основе 18-летнему парню. Было очевидно, что нас авансом взяли на сборы, как делают в каждой команде. Ну и, конечно, я был попросту не готов к конкуренции в том составе.

— Но когда возвращались из аренды из Тулы, неужели не появлялось мыслей, что есть шанс закрепиться?

— А меня, по сути, и не возвращали. Это же было межсезонье. Мне даже никто не говорил после аренды: «Ты едешь с первой командой тренироваться». Или еще что-то. Аренда закончилась, а по ходу межсезонья «Арсенал» вышел ко мне с предложением. Мол, договорились с «Зенитом» — и слово за мной. Стало понятно, что в «Зените» на меня не рассчитывают, это было очевидно.

«Цены в Хайфе — реально too much. Аренда хорошей квартиры зачастую стоит дороже, чем в Москве»

— Можно сказать, что именно Тула из вас футболиста сделала?

— Это точно был важный этап в моей карьере. Я там возмужал. В «Арсенале» был замечательный коллектив. Взрослые футболисты меня очень круто приняли. До сих пор с теплотой вспоминаю всех ребят из той команды. Ну, и меня реально научили вести себя в мужском коллективе. Все-таки до этого я был в молодежных командах и сборных. Там немного иначе всё.

— В этом была особая роль и Игоря Черевченко?

— Брал меня в «Арсенал» Олег Кононов. К сожалению, с ним мы немного поработали, после чего он ушел в «Спартак». Остальное же мое время в Туле был Черевченко, да. Он верил в меня, но параллельно закалял мой характер.

— За что Черевченко выгонял вас с тренировок?

— Бывало, за банальные вещи. Условно, пяткой отдам пас в квадрате или манишку не так надену — и он мог разозлиться. Но потом, когда тренировка заканчивалась, Черевченко подходил и объяснял, что нужно быть всегда в тонусе: «Ты молодой игрок, с тебя спрос втройне». И говорил, что видит во мне качества, которые есть не у всех. То есть он в меня верил. Был и кнут, и пряник.

— Благодаря игре за «Арсенал» вы перешли в московское «Динамо». Спустя время как оцениваете карьеру в столице? Осталась недосказанность?

— Недосказанность есть, да. Наверное, первый сезон там был лучшим в моей карьере на данный момент. Дальше вторая травма крестообразных связок… Где-то была и моя вина, что не получилось. Где-то, возможно, тренеры в меня не верили. Но опять же никого не хочется винить. Я так оцениваю свою карьеру, что в первую очередь спрашиваю с себя. Можно сказать: «Да вот, тренер в меня не верил и зачехлял». Но лично для меня это значит, что я не показывал такой уровень, чтобы не дать ему повода не верить.

— Значит, если какие-то обиды и были, сейчас они ушли?

— Определенно. Может, в глубине души до сих пор могу думать иногда, что где-то несправедливо ко мне относились. Но стараюсь интерпретировать это так, что я сам не до конца что-то сделал для изменения мнения этих людей.

— Кто для вас лучший тренер «Динамо», с которым вы работали?

— Для меня однозначно Сандро Шварц. При нем я и провел свой лучший сезон. Он действительно топ-тренер и топ-человек. Нынешний сезон показывает, как с его приходом всё быстро меняется в команде — и игра, и результаты. При других тренерах, не считая Лички, почему-то такого не было. Значит, действительно что-то в Сандро есть. Я с ним до сих пор на связи. И желаю ему всяческих успехов.

— Были удивлены его возвращению в Москву?

— Честно, был. До последнего не верил, что он вернется. Но это крутая история. И очень хочется, чтобы у них получилось.

— У московского «Динамо» же есть опция обратного выкупа вас из «Нижнего»?

— Она есть, но я не верю в такую историю.

— Хотя если вы с Сандро общаетесь, почему бы и нет? Он же может захотеть снова увидеть вас в клубе.

— Не думаю, что это возможно.

— Вы упомянули, что и Личка результатов добивался. У вас были тоже хорошие отношения, но при нем уже играли не так много. С чем это связываете?

— Для начала хочу сказать Марцелу спасибо, он всегда был честен. До него тренером был Йоканович, который говорил мне: «Ты будешь играть, ты мне очень нужен, я на тебя рассчитываю». В итоге всё получалось по-другому. Это для меня самое худшее. А Марцел другой.

Летом, когда Личка только пришел, у меня были варианты уйти. Я к нему честно зашел, поговорил, посоветовался, что мне лучше всего сделать в этой ситуации. Он мне посоветовал уйти в аренду. В то же время говорил: «Если останешься, мы с тобой будем работать — будешь доказывать, всё будет по-честному, шансы у тебя будут». Я тогда решил остаться на полгода.

И не могу сказать, что прямо не играл при нем. На Кубок играл в старте все матчи, а в чемпионате выходил на замену регулярно. Хотя и не был железобетонным игроком основы. Но там была мощная конкуренция — Бителло, Карраскаль. Действительно высококвалифицированные футболисты, не стыдно было им проиграть конкуренцию. Тем более при симпатии Лички к латиноамериканским игрокам я всё понимал. Конечно, я старался изо всех сил и пытался заслужить место. Но там еще и Нгамале был — перебор атакующих футболистов.

Зимой появился вариант с израильским «Маккаби». Я тогда уже к Личке обратился: «Спасибо, что честно всё сказали. Но когда я третья опция на позицию, лучше уйти». Конечно, у нас с ним нет таких отношений, как со Шварцем сейчас, но благодарен ему за честность и ничего плохого не могу сказать про него.

— Тем не менее решение перебраться в Израиль всё равно было трудным?

— Там сначала планировалось, что это будет трансфер, а не аренда… Полноценный трансфер и контракт на три года — я вообще не задумывался. Хорошая команда, которая выступает в еврокубках. На бумаге всё красиво было. А потом начались изменения — мол, не трансфер, потому что из «Маккаби» не могут перевести деньги, а мне надо вернуться на сбор «Динамо» и потом уйти в аренду… И вот так получилось, что я простаивал два месяца, грубо говоря.

И в Израиле же нет зимней паузы, как у нас в России. У нас закончилась первая часть чемпионата — в декабре мы не тренировались с «Динамо». Я при этом понимал, что есть большая вероятность перехода в «Маккаби», старался поддерживать форму, но всё равно ничто не заменит командных тренировок. Так любой футболист скажет. То есть декабрь прошел, затем еще половина января — и вроде клубы договорились.

— А дальше?

— Я прилетел в Израиль в середине января, ожидая подписания на следующий день. Мне говорят: «Нет, завтра не будет, не получается договориться». И вот это долго тянулось. Пока клубы договаривались, мне пришлось просто сидеть в Израиле, хотя я был еще игроком «Динамо». Так прошла неделя-две. Мне все вешали лапшу на уши, что вот-вот всё подпишем уже завтра. И это затянулось чуть ли не до конца февраля. Получается, 2,5 месяца у меня нет тренировок в команде, а «Маккаби» в тот момент на ходу: у них Лига конференций, Кубок Израиля, чемпионат Израиля… Три турнира в самом разгаре.

И хотя я говорил, что не ищу отговорок во многих вопросах с «Динамо», действительно считаю, что были мои ошибки, где я недоработал, но здесь очевидно, что два месяца я не тренировался — и меня сразу в топку кинули. Клубы все-таки договорились на аренду, но остается всего 2,5 месяца себя проявить, а я неподготовленный.

Из этой истории тоже удалось вынести урок, естественно. Во всех последующих моих переходах для меня было очень важно попасть на сборы с командой, а не прийти на флажке за неделю-две до старта чемпионата. И уже с Кипром и «Нижним Новгородом» было иначе. Так же и с махачкалинским «Динамо» — не хотел ждать до августа более выгодных вариантов, хотелось с первых дней сборов готовиться вместе с командой.

— Вы поиграли и пожили в Хайфе. Город похож на Тель-Авив, более популярный среди россиян?

— Хайфа от Тель-Авива сильно отличается. Тель-Авив — огромный мегаполис, а Хайфа более провинциальный город. Но довольно зеленый и красивый. Меня и жену удивило, что там по городу бегают дикие кабаны. Был впечатлен. Бывало даже, что выезжали вечером кабанов искать по городу. Их чуть ли не каждый день можно было встретить, особенно ночью. Среди бела дня редко, но в темное время суток прямо вылезали.

— К израильским высоким ценам удалось привыкнуть, или все-таки это слишком?

— Нет, это too much (слишком) — 100%. Ладно еще Тель-Авив, это действительно крутой большой город — там можно понять, за что платишь. В Хайфе это был действительно перебор. На всё: недвижимость, аренду квартиры, продукты, медицинские услуги.

— Для понимания, можем ли сравнить аренду квартиры в Москве и Хайфе?

— Немного смешно сравнивать Москву и Хайфу, потому что несравнимые города в принципе. Но если и сравнивать, то хорошая квартира в Хайфе зачастую стоит дороже, чем в Москве.

«Кипр — мой дом. В идеале жизнь после карьеры представляю там»

— Можно констатировать, что в Израиле карьера не задалась, а переезд на Кипр, наоборот, вышел правильным со всех точек зрения?

— В Израиле очевидно, что не получилось. Единственное, что могу положительно вспомнить — поиграл в Лиге конференций в матчах с «Гентом» и «Фиорентиной». Сама атмосфера еврокубков — это супер. Всё равно же, когда ты маленький мальчик, который только делает первые шаги в футболе, то всегда мечтаешь когда-то сыграть в еврокубках. Каждый мечтает, мне кажется. И это тоже была одна из моих целей. Хотелось ощутить эту атмосферу. И когда против «Гента» играли, то вообще ничего сверхъестественного с их стороны не увидел, мы их прошли. Наверное, это была одна из лучших моих игр за «Маккаби». С «Фиорентиной», естественно, тоже было интересно сыграть — это команда из топ-чемпионата. За этот опыт уже спасибо.

По поводу Кипра: с максимальной теплотой вспоминаю этот отрезок в карьере. Мне всё нравилось: и страна, и город, и клуб, и болельщики, и роль в команде. И то, что близкие рядом. Я получал удовольствие от жизни и от футбола в тот момент.

— Видел, что для вас Лимассол находится «вне конкуренции» как город для жизни с положительной точки зрения. Даже лучше Москвы?

— Дело даже не в самом городе. Это просто совокупность всего. У меня там живут мама, брат, много друзей, есть своя недвижимость. Плюс Кипр в целом влюбляет в себя. Даже есть много случаев, когда футболисты туда приезжают играть в топ-команды, с возрастом им становится сложно за них выступать, но они так хотят остаться на Кипре, что играют в местной Второй лиге.

Это чисто мое субъективное ощущение, что Лимассол — лучший город на земле. Не удивлюсь, если кто-то приедет и скажет, что он ничем не отличается от Антальи. Кипр нужно понять и нужно время, чтобы он понравился.

— Что самое классное в жизни на Кипре вы подметили для себя?

— Для меня лично в первую очередь важно, что там всё мое близкое окружение рядом. А второе — конечно, климат, море. Там круглый год невероятная погода. Это два главных фактора. Плюс, сам Лимассол достаточно русскоязычный город, очень много русскоговорящих людей. Намного проще адаптироваться, чем в условной Италии, Испании, где не так много людей говорит на нашем языке.

— В отпуск, межсезонье, всегда теперь именно на Кипр летите, получается?

— Да, там мой дом. Сейчас мне негде жить в Москве или каком-то другом городе в России. В том плане, что именно своего жилья нет. На Кипре я себе приобрел жилье, там все мои близкие. Когда наступает отпуск, всё время туда ездим.

— То есть после карьеры планируете жить на Кипре?

— В идеале именно так. Скажем так: это план А. Далее уже как карта ляжет.

— Неужели, если там настолько комфортно, не хотелось остаться на острове после аренды в АЕЛе? Неужели не было предложений?

— На самом деле, даже удивительно. Я до сих пор ломаю голову, как так. Я на Кипре провел хороший сезон, но из команд выше той, где я был, предложений не поступало. Причем на Кипре хороший чемпионат, но в тех же Греции и Израиле он сильнее, а оттуда я получаю варианты каждое межсезонье! В Греции даже по два-три предложения в каждое трансферное окно. Хотя чемпионат выше кипрского. Оттуда варианты есть, а с Кипра — тишина. Не знаю, почему.

— Греция рядом с Кипром зато…

— Ну да. Возможно, это была бы хорошая дорожка перед Кипром. Но не знаю… Был все-таки вариант остаться в АЕЛе. Но не буду врать, на тот момент принял предложение «Нижнего», посчитав его более привлекательным вариантом и с финансовой стороны, и с учетом более высокого уровня РПЛ. В это межсезонье тоже велись переговоры с одной командой на Кипре. Но как уже говорил, всё тянулось-тянулось… Просили подождать. Но я не хотел наступать на те же грабли, как в Израиле. И принял предложение клуба, где меня ждали.

— Александра Кокорина считают легендой чемпионата Кипра?

— Вполне. По крайней мере, легендой «Ариса» точно. Последний сезон у него из-за травмы скомканный получился, а сначала он блистал. Хотя я на поле ни разу не пересекался там с ним. Мы два раза играли с «Арисом». Первую игру я пропустил из-за перебора карточек. А во второй у него то ли травма была, то ли тоже карточки — в общем, пропускал матч.

— Вы рассказали, что приобрели недвижимость на Кипре. Она сразу покупалась с целью жизни или как инвестиция?

— Туда родные переехали где-то за год до того, как я принял решение купить жилье. Покупал, потому что знал, что семья там находится. И в АЕЛ я переходил, так как понимал, что буду чувствовать себя в комфортной среде, жить в своей квартире, рядом с близкими.

Были ведь и другие варианты. Но после двух тяжелых сезонов в «Динамо», когда я очень мало играл, понимал, что следующий сезон мне надо провести круто. Чтобы я из себя еще что-то представлял на трансферном рынке. Потому и переходил в комфортную для себя среду.

— А вообще пробовал когда-то инвестировать? Часто футболисты рассказывают, как неудачно вложились куда-то.

— Я старался всегда быть подальше от этого. У меня более консервативные решения в плане каких-то инвестиций. Не хочется встревать в рискованные истории. Тем более не хочется заходить туда, когда я не вовлечен на 100% в дело. Я же не уверен, что буду всё контролировать. Пока у меня идет футбольная карьера. А доверять другим людям какие-то темы, где я не считаю себя специалистом, как будто не стоит. Хотя понятно, что когда я покупал квартиру для себя, то это тоже была инвестиция. Покупал я ее в строящемся доме, и конечно, с тех пор она выросла в цене.

— Вам сейчас всего 28 лет. Какой представляете свою дальнейшую футбольную карьеру?

— Мне, как и практически всем игрокам, хочется максимально продлить свой футбольный век. Где я окажусь — очень сложно загадывать. Если бы во времена «Динамо» мне кто-то сказал, что я уеду играть на Кипр, в жизни бы не поверил. И будучи на Кипре, я бы никогда не подумал, что буду затем в Махачкале играть. Но хотелось бы играть долго, без травм и попробовать себя еще где-то за границей.

— Если будет выбор: снова попробовать себя в российском топ-клубе или поехать за границу, то какой шаг сделаете?

— Нет цели уехать любой ценой. Когда мне было 20-22 года, может, и хотелось поехать в любой иностранный чемпионат. Сейчас же понимаешь, что нужно взвешивать много факторов. И заинтересованность клуба, и его амбиции, и финансовый вопрос, и город. Например, в Греции вариант отпал этим летом, потому что город был такой, в котором очень трудно будет существовать с комфортом моей семье. Это был небольшой город, а сейчас у меня маленький сын. Хочется, чтобы жена и ребенок жили в комфорте, ни в чем не нуждались. Поэтому тут должна быть совокупность факторов. Всё в комплексе уже рассматриваешь.