Воспитанник академии «Зенита» Даниил Кондаков дебютировал за главную команду «сине-бело-голубых» в официальных матчах осенью прошлого года. История оказалась не одноразовой — 17-летний полузащитник продолжил работать с основой, а зимой отправился с ней на сборы. Наш разговор состоялся в Абу-Даби. Из интервью вы узнаете:
- о большой дружбе с другим молодым игроком команды Вадимом Шиловым;
- не обижается ли Кондаков на подколки старших;
- чему его учат Роман Вега и Вильмар Барриос;
- как Даниил оценивает свои шансы заиграть в «Зените»;
- об учебе в школе и институте;
- может ли он шутить с Андреем Аршавиным.
«Что ты тут в «Зените» делаешь? Ты же за «Краснодар» играешь»
— Ваш отец футболист и тренер. Выбор вида спорта был предопределен?
— С одной стороны — да. С другой, папа меня не заставлял заниматься футболом. Говорил: если не нравится — не надо. Но мне нравилось, постоянно был на футболе.
А отец и сейчас играет очень большую роль в моей карьере. Мы каждый день на связи. Он разбирает со мной все моменты в матчах, подсказывает, в чем можно прибавить. Хвалит, когда что-то получается. Но чаще критикует, причем по делу. Это лучше, чем много хвалить.
— Отец и был вашим первым профессиональным тренером?
— Там интересно получилось. Какое-то время я наблюдал, как ребята тренируются. Спросил у папы: «Можно мне с ними?» А он: «Иди поинтересуйся у их тренера сам, я за тебя просить не буду». Так и начал заниматься футболом. Мне тогда лет шесть было.
— Все это происходило в Курске. Как вы потом оказались в Краснодаре?
— Сначала была академия «Зенита». Мы приехали в Санкт-Петербург играть с ее командой. После этого меня оставили на просмотр. Все понравилось, хотел остаться, но папа сказал: давай подождем.
А потом получилось, что после другого турнира, на котором обыграли «Краснодар», я оказался в его академии. Выбор был непростым, по-прежнему хотелось в «Зенит», но в дело вмешались семейные обстоятельства.
— Однако в итоге вы все же стали воспитанником академии «Зенита».
— В академии «Краснодара» были разные ситуации и варианты. Но в какой-то момент решил: еду в «Зенит» и все. Причем это уже было полностью самостоятельное решение в 13 лет.
— Как здесь встретили?
— Да я ведь практически всех уже знал. Только Вадик Шилов удивился. Я только приехал, встречаемся с ним в зале, а он: «Что ты тут делаешь? Ты же за «Краснодар» играешь». Говорю: «К вам перехожу». Вадик сначала не поверил — мол, смеешься надо мной. А потом: «Молодец, вовремя одумался и вернулся в «Зенит», прощаем тебя» (улыбается).
А если серьезно, он мой лучший друг и самый близкий человек в «Зените». Мы уже столько лет вместе. Многие нас так и называют «Кондаков-Шилов».
— Вы из Курской области, Шилов — из Белгородской. По идее, это дерби.
— В академии «Зенита» мы «родняки». Кстати, из Черноземья по нашему году в принципе много ребят было. Даже предлагали своей командой против остальных сыграть.
— Не получилось так, что в главной команде вы оказались в тени Шилова, которого сразу полюбили болельщики?
— Все правильно получилось. Он пришел в основу раньше — я еще в «Зените-2» оставался. У Вадика пошли матчи в главной команде, голы, результативные действия.
При этом прекрасно понимаю, что мне еще надо доказывать и доказывать. И считаю, было полезно еще поиграть во второй лиге. Почувствовать, что такое взрослый футбол.
— Незадолго до зимнего перерыва Вадим получил неприятную травму и выбыл на полгода. Как это восприняли?
— Я был на той тренировке. Вадим бежал-бежал и вдруг упал. Все подумали, может оступился? Только Макс Глушенков, который оказался ближе всех, сразу заподозрил нехорошее.
А буквально на следующий день мы вдвоем с Вадимом должны были играть за «молодежку» против «Локомотива». В итоге я отправился один. Знаете, у меня не часто так бывает, чтобы настолько переживал за другого человека. А тут перед игрой ко мне подходят тренеры: что с тобой? Ты ж обычно повеселее выглядишь? Очень тяжело воспринял то, что произошло. Пожалуй, впервые в жизни, хоть и прекрасно понимаю, что в футболе от травм никто не застрахован.
Но Шил — сильный пацан. С характером. Уверен, что он восстановится и вернется еще сильнее.
— Сейчас поддерживаете друг друга?
— Постоянно на связи. Как-то после моего гола подколол: наконец-то, думал, ты уже никогда не забьешь. В свою очередь я знаю, что восстановление хорошо идет. Но мы же не только о футболе разговариваем, много о чем другом.
«Говорю сестре — я карьеру закончу, а ты все учиться будешь»
— Говорят, что у вас все в порядке с учебой. Как удается не жертвовать ей, совмещая с футболом?
— Многое в данном случае от семьи идет. У меня старшая сестра — медалистка. То есть определенная планка была задана. Да и родители с детства говорили — жизнь и после футбола бывает. Поэтому всегда старался хорошо учиться.
А когда стал играть, как ни странно, проще стало. Преподаватели с пониманием относились и давали не такие объемы, как в обычной школе. Но для меня в любом случае тут нет проблемы. Мне интересно то, что дают на уроках, слушаю и узнаю новое с удовольствием. Да и стимул есть — раз уж начал хорошо, хочется и закончить среднее образование так же.
Шилов только отвлекает — садится сзади меня и пытается рассказывать смешные истории.
— Тяжело в детстве, когда у тебя старшая сестра, да еще и отличница?
— Разница семь лет. При этом нас никогда в семье не сравнивали. Да и особого контакта между нами в детстве не было. А вот когда я подрос лет до 13-14, ей стало со мной интереснее, начали больше общаться.
Сейчас вообще очень близкие люди. Она ко мне в Санкт-Петербург приезжает, секреты друг другу рассказываем. Сестра — студентка медицинского института. Бывает, пишу ей какой-нибудь вопрос по школьной программе, она мне правильно подсказывает. Подкалываю ее: я карьеру закончу, а ты все будешь учится. У нас очень классные и самые близкие отношения.
— В этом году заканчиваете школу?
— Надеюсь. Но потом все равно надо в институт поступать. В академию Лесгафта. Были и другие варианты, но из-за футбола в других вузах объективно сложнее окажется.
А просто получить корочку без знаний не хочу. Как потом работать по специальности? Отучусь в спортивном институте, а потом, если что подберу еще что-то.
— Ваш ориентир в футболе — это Криштиану Роналду?
— Это правда. Симпатизирую ему с детства. При этом раньше заводился, когда заходили споры Криштиану или Месси. Сейчас попроще к ним отношусь. Понимаю, что Месси — футболист от Бога. А Криштиану очень нравится тем, что человек сделал себя сам. Ему 41 год, а он продолжает рекорды ставить и ему это интересно.
«Больше всех удивляет Вендел»
— Вы «прикручиваете» какие-то эпизоды матчей, в которых играете?
— Лет в 15 больше загонялся и даже бесился, если что-то происходило не так. Близко все принимал к сердцу, из-за этого бывало непросто.
Но, как уже сказал, отец в этом помогает. Он говорит: «Сейчас для тебя самый важный этап развития в карьере. И это неоценимый опыт — работать с такими игроками. Так что просто заставляй себя и всегда дорабатывай, даже если тяжело».
— Подмечаете что-то для себя у игроков «Зенита»?
— Стараюсь слушать всех, когда кто-то что-то мне говорит. Понимаю — мне еще очень многому надо учиться. А советы от ребят всегда адекватные. Значит, время вбирать информацию для собственной же пользы.
Не говорю уже о том, когда что-то слышу от Сергея Богдановича Семака и всех его помощников. Стараюсь улавливать даже мельчайшие детали, которые они подсказывают.
— Легионеры тоже подсказывают?
— Португальского не знаю, но чувствую, что ребята к нам с Шилом хорошо относятся. Вадика сейчас нет, но наши легионеры все равно подходят, смеются. Барриос постоянно подкалывает.
Но и да, подсказывают — куда бежать, как лучше открыться. Тебе в такой атмосфере становится проще. Если честно, больше всех удивляет Вендел.
— Чем?
— Он невероятно сильный футболист. Иногда ты даже понять его не можешь. Смотришь и кажется, что он вроде ничего не делает. Или бежит не в ту сторону, где мяч. А потом через несколько секунд он прилетает, туда, где будет Вендел. За этим кроется сумасшедшее мастерство.
Но вообще им все в «Зените» обладают, трудно кого-то одного выделить. Макс Глушенков бьет с любой точки и попадает точно в угол. Педро, Мост, Луис Энрике — когда они на скорости, это нечто! Обо всех можно что-то такое сказать и подсмотреть те качества, в которых мне нужно прибавить.
— Правда ли, что вне поля с вами успел очень подружиться Жерсон?
— Просто так получилось, что в раздевалке на «Газпром Арене» наши места оказались рядом. Точнее он уже был в команде, ну а я сел рядом с ним. После этого он начал постоянно рассказывать мне какие-то истории, шутить, показывать забавные видео. На тренировках нас тоже в одну команду часто ставили. На восстановлении и в бане вместе оказывались. В итоге, если где-то выглядел грустным или серьезным, массажисты подкалывали — не расстраивайся, скоро твой друг-бразилец придет, а то тебе же с россиянами скучно наверное (улыбается).
— На каком языке общаетесь с легионерами?
— Могу объясниться на английском с теми, кто его, как Жерсон, знает. Сейчас на сборах во время бега Рома Вега и Барриос испанским словам меня учат. Тяжеловато пока, но узнаю что-то новое. А в футбольном плане и так все понятно.
— Сокращенно вас Конду называют?
— Или Кондак. На самом деле мне без разницы. А Барриос вообще Педри называет. Не знаю почему, может, на Педри чуть похож? Но бразильцы тоже подхватили.
— Подметил, что вы участвуете в челленджах, которые игроки и Анатолий Тимощук затевают после тренировки.
— Мне это интересно! С Анатолием Тимощуком вообще постоянно во что-то играем. Он очень азартный и всегда хочет выиграть. Я тоже. Тем более, что входной билет на такие вещи не нужен, все зависит от твоего желания. Хочешь — участвуешь.
— Тимощук и Нино часто спорят во время таких челленджей, когда, скажем, надо попасть с углового в штангу.
— Это очень забавно смотрится. И в то же время каждый раз удивляет, насколько они не хотят проигрывать даже в таких моментах. Потому и спорят. Могут за миллиметр начать «кусаться». Как-то играли в квадрат, наш гол не засчитали. Так Вендел начал ругаться, посылать всех к черту! Все хотят выигрывать.
«То, как приняли в основе, говорит о доверии. Включая шутки и подколки»
— Несколько месяцев назад вы стали автором «золотого» для зенитовской «молодежки» гола в МФЛ в ворота «Рубина».
— Было очень приятно! Тем более, что в свое время в ЮФЛ не забил очень важный гол, который тоже мог стать «золотым». А тут получилось.
Но в какой-то степени он смешным получился. Шилов ударил, мяч попал в две штанги, после чего все подумали, что он вылетел. Я же на инстинктах побежал — привык так делать, когда Шил бьет. И просто добил.
В моменте это необъяснимые эмоции. Тем более, «Зенит-м» с 2009 года не становился первым. Да и в нас в начале сезона не особо кто верил. Даже Андрей Сергеевич Аршавин (улыбается). Говорил: «Выиграть будет тяжело, так что играйте для себя». Отвечали: «Посмотрим». Но, мне кажется, самой важной была победа над ЦСКА, после которой мы в себя поверили. И проявили характер.
— Вы в той игре тоже забили, хотя еще буквально накануне играли в Оренбурге за главную команду на Кубок.
— Прилетели с Шиловым домой, оттуда сразу на «Сапсане» в Москву. Немного устали, но ничего.
— После победы в МФЛ Андрей Аршавин лично поздравил вас сообщением?
— Мы очень хорошо общаемся. Разговариваем в академии, он нас с Шиловым подкалывает, а мы, бывает, его. А тогда написал «Кондак, спасибо за гол. Люблю тебя!». Было очень приятно.
— Подводя итоги первого сбора в Катаре, Сергей Семак сказал: «у нас нет деления на молодых и опытных, и Даниил Кондаков такой же игрок «Зенита», как и все остальные». Как к этим словам отнеслись?
— На самом деле, это очень важные слова. Они говорят о доверии со стороны Сергея Богдановича. Значит, он считает, что я конкурентоспособен и готов бороться за место в основе. Во всяком случае, после таких слов понимаешь, что шанс есть. Для меня слышать их — очень ценно. И от футболистов основного состава тоже. Даже когда это проявляется в шутках и подколках.
— Не обижаетесь на них?
— Они нормально воспринимаются. Понимаешь, что это по-доброму и что значит ты — часть команды. И на тебя надеются. Это дает позитивные эмоции.
— Задумываетесь, что дальше? Ведь конкуренция в «Зените» очень большая. Или живете в моменте?
— Загадывать тяжело — в жизни все бывает. Но на данный момент я понимаю: есть перспектива заиграть именно здесь, хотя конкуренция невероятно высока. На первом месте должен быть футбол.
С другой стороны, нам говорят, что не многих в нашем возрасте команда принимает так, как нас с Вадиком Шиловым. Ребята, бывает, подходят и прям хвалят. Как-то даже Вендел подошел и сказал: молодец, хорошая игра. В такие моменты ты понимаешь — если такие футболисты тебя хвалят, значит можешь использовать шанс, который тебе дают. Вопрос — готов ли прямо сейчас.
Да, в Санкт-Петербурге все ждут, чтобы в главной команде заиграли свои воспитанники. Поэтому, кстати, к Вадику Шилову было столько симпатий со стороны болельщиков и каждый наш позитивный момент в игре воспринимается так тепло.
Но «Зенит» лучший, сильнейший клуб. Не понимаю людей, которые упрекают тренеров, что они не так много используют молодых. Цена ошибки очень большая. И то, что могут позволить себе клубы из нижней восьмерки, «Зенит» позволить не может. Потому что для нас ничья — это уже отрицательный результат. Есть только победы, первое место и ничего больше. И у того же Сергея Богдановича нет времени и возможности ждать, когда мы станем меньше ошибаться. А ведь если адекватно оценивать ситуацию, процент брака у молодого игрока выше чем, у взрослого в «Зените».
— Как быть в такой ситуации?
— Наше дело — каждый день биться и доказывать главному тренеру. Причем сколько времени в матчах нам дают, столько и использовать. 5, 10 или 15 минут. Их тоже, кстати, еще надо заслужить. Потом выйти и попытаться показать, что и в следующей игре на них есть шанс. Мне кажется, заиграть в «Зените» можно только так. Ну и еще чтобы было немного удачи в голевых моментах, тогда все будет хорошо.
Прямые трансляции игр Зимнего кубка РПЛ смотрите на телеканалах «Матч ТВ» и МАТЧ ПРЕМЬЕР, а также сайтах matchtv.ru и sportbox.ru.
Больше новостей спорта – в нашем телеграм-канале.
